В эллинистическое время ясную форму обрел новый литературный жанр — эпиграмма. Этот жанр имел долгую предысторию. Греки издавна очень любили выбивать или выцарапывать надписи на вещах, приносимых в жертву богам . Обычно вещи (щиты, вазы, треножники, орудия труда и т. п.) говорят от первого лица: "Меня пожертвовали, меня посвятили". Так как места было мало, а материал тверд, то резчики предпочитали краткие надписи. Но лаконичность требовала выразительности и афористичности, эпиграмма тяготела вследствие этого к сентенции, - то есть моральному поучению, которое выражает общепринятое житейское правило.

Как и многие другие жанры античной поэзии, эпиграмма восходит к устному народному творчеству, а конкретно — к кратким стихотворениям нравоучительного характера — сентенциям. Как сложившийся жанр древнегреческой письменной поэзии, эпиграмма начинает существовать с 7-6 вв. до н.э. В VIII-VII вв. до н.э. происходит сближение эпиграммы с элегией, у которой заимствуется элегический дистих. В дальнейшем наибольшее распространение получает надгробная надпись - эпитафия (греч. epitaphios - надгробный), которая воспринималась в те отдаленные времена как разновидность эпиграммы.

Обычная форма тогдашней эпиграммы элегический дистих — двустишье, в котором первый стих — гекзаметр (шесть стоп), а второй — пентаметр (пять стоп). Постепенно формировались тематические разновидности эпиграмм сентенциозно-дидактических, описательных, любовных, застольных, сатирических. От эпических форм поэзии эпиграмму отличала краткость и ярко выраженное субъективное отношение к событию или факту. Писалась эпиграмма элегическим дистихом, позднее ямбом и другими размерами. В форме эпиграмм выражались размышления Платона, Сафо писала эпиграммы о горечи ранней утраты, Анакреонт — о веселье на пиру. К мастерам эпиграмм относят Симонида Кеосского, Асклепиада, Мелеагра. «Очень славились эпиграммы Симонида, надгробные и посвятительные, написанные элегическими двустишиями и отражающие величественную картину событий V века, как, например, эпиграмма в память бойцов на марафонском поле и др.» (4, с.93) Расцветом эпиграммы в греческой литературе было творчество эллинистических поэтов III века до н. э. — I века н. э., составившее ядро так называемой «Палатинской антологии» в 16 книгах; в римской — сатирическое творчество Марциала (I век н. э.). Марциал известен благодаря тем эпиграммам, которые он посвятил изображению действительности. Высмеивая порочные явления повседневной жизни. Эти эпиграммы составляют 12 книг. «Марциал во многом следовал Катуллу, используя его размеры: ямбы и одиннадцатисложные фалекийские стихи. Марциал часто писал и традиционным элегическим дистихом. В основе всех его эпиграмм- подлинная жизнь. В своих эпиграммах он стремится к тому, «чтобы жизнь узнала свои нравы» [5, с.450]

Эпиграмма у древних греков не имела того элемента насмешки, который отличает ее у нас; название эпиграмма носили вообще стихотворные или прозаические надписи, какими греки охотно объясняли монументы, трофеи и другие предметы, посвященные богам. Так, например, одна из эпиграмм Мназаика гласит: "Тебе, о Феб, приносит в дар этот изогнутый лук и колчан Промах. Стрелы же, летавшие в бой — его смертельный дар мужам, у которых о, не остались в груди".

Такие надписи появились, видимо, из-за склонности, желания, потребности греков общаться. Когда думаешь об этой их потребности, в голову приходит мысль, что неизвестно, правильно ли XX или XXI век называть эрой коммуникации. На самом деле, изобретены телефон, электронная почта, Интернет, еще не плохо действует телеграф и привычная почта, но они не укрепили связи человека с человеком. Дробятся, лопаются, исчезают узы соседства, родства, дружбы. Времена обществ истинной коммуникации уже в прошлом. Это — времена древних обществ. Ни греческий, ни латинский язык (как, впрочем, и русский) не имели слова "монолог". Это греческое слово, но придуманное позднее, когда появилось явление монолога, подобно тому, как и греческое слово "телефон" было создано после изобретения вещи. Древние общества не знали разговора с собой, они знали только диалог, беседу. Разговор не с собой, а с другими.

Эта эпиграмма уже не надпись на приносимой в жертву вещи или на могиле, она может быть представлена только как надпись на полях книги, как мнение, высказанное в кругу друзей при обсуждении творчества поэтессы или как уважительная и лаконичная мысль в произведении по вопросам поэзии. Эпиграмма понемногу становится собственностью литературы, однако еще некоторое время не считается жанром, достойным внимания: авторы большинства этих кратких произведений неизвестны, не издавались их специальные сборники. Когда писатели эллинистического времени обратили внимание на сочинения малой формы, оказалось, что эпиграмма подходит для выражения принципиальных установок или чувств, самых разнообразных минутных настроений автора. Тогда она стала литературным жанром.

Позже эпиграммой стали именовать любое лирическое стихотворение, написанное элегическим дистихом. Первым классиком жанра стал лирик Симонид Кеосский (5 в. до н.э.). Ему приписывалось множество эпиграмм на темы Греко-персидских войн.

Первая антология греческой эпиграммы, составленная в 1 в. до н.э. и дополненная уже в новое время, включает около 4000 эпиграмм, распределенных по темам, — любовные, надгробные, застольные, сатирические и пр. Среди авторов — Платон, Сапфо, Эзоп, Эсхил, Менандр, Феокрит, Алкей, Мелеагр, Диоген Лаэртский и многие другие поэты.

В европейской литературе Нового времени термин эпиграмма закрепляется за малой формой сатирического жанра (традиция Марциала). Отличительный признак эпиграммы — конкретность повода ("стихи на случай"). Основной композиционный прием — противоположность начальных строк и заключительной краткой "остроты" ("пуанта") также восходит к Марциалу. Эпиграмма такого рода сложилась во французской литературе 16 в. и приобрела устойчивую форму как "малый жанр" классицизма в 17- нач. 19 вв. (Расин, Лафонтен, Вольтер, Руссо и др.) и из Франции распространилась в другие европейские литературы (Лессинг, Бернс и др.).

Вот пример сатирической эпиграммы Р.Бернса с неожиданной концовкой:

В новое время эпиграмма стала известна благодаря тому, что византийский священник Константин Кефала около 900 года составил антологию из 4000 эпиграмм, куда включил "Венок" Мелеагра из Гадары, "Венок" Филиппа Фессалоникийского и "Цикл" Агафия. Утраченная, а затем обнаруженная в XVII в., она получила название Антология Палатинская. В XIII в. византийский монах Максим Плануд составил сокращенный список антологии К. Кефалы, дополнив его, в свою очередь, многими эпиграммами, раннее не включавшимися в нее. Все это способствовало тому, что античная эпиграмма стала известна в эпоху Ренессанса, когда к этому жанру обращаются К. Маро во Франции, Ф. Меланхтон в Германии, Т. Мор в Англии, Анджело Полициано в Италии.

С этим двойственным характером перешла эпиграмма в новую литературу. Лессинг, посвятивший теории эпиграмм целую статью, определял ее как "стихотворение, в котором внимание и любопытство наше обращаются на известный предмет и несколько задерживаются, чтобы сразу получить удовлетворение"; таким образом, ожидание и разрешение — две существенные части эпиграммы; ожидание возбуждается объективным изображением, разрешение дается остроумным заключением. Элегическое двустишие (гекзаметр-пентаметр) считается наилучшей формой, "Ксении" Гете и Шиллера — совершеннейшим образцом эпиграммы, в том смысле, какой придается этому термину у немцев. Однако и в "Ксениях" отчетливо выступает тот элемент, который в русской литературе — вслед за французской — признается характерной чертой эпиграмм: остроумная, чаще всего личная насмешка.

Франция, классическая страна литературного остроумия, начиная с Клемана Маро, выставила ряд превосходных эпиграмматистов, произведения которых цитируются до сих пор. Каждая вспышка литературной или политической борьбы отражалась во множестве легких, ядовитых, остроумных стишков, не щадивших никого и ничего. Наиболее известны эпиграммы Ла-Фонтена, Расина, Вольтера, Жан-Батиста Руссо, Лебрена; некоторых писателей — напр., Пирона — увековечили только их эпиграммы. Культ искусственности вел в свое время во Франции к преувеличенной оценке эпиграмм; теперь она стала на свое место.

Великая роль в пропаганде эпиграммы и Томаса Мора. Английский мыслитель перевел на латинский язык более ста греческих эпиграмм и написал свыше двухсот пятидесяти собственных, также на латыни.

Эпиграммы Т. Мора в большинстве своем сатиричны, объектом сатиры чаще всего выступают монахи, но нередко - это просто бытовые зарисовки и наблюдения, юмор которых в несоответствии слов и поступков. Т. Мор в эпиграммах, как и в "Утопии", нередко дидактичен, а обращаясь к друзьям, как, например, к Эразму, он доброжелательно шутлив. Английский писатель не стремился к краткости, наряду с эпиграммами, состоящими из двух или четырех строк, у него немало стихов, похожих на обстоятельный подробный панегирик, эпиталаму или даже короткую поэму.